Её ещё ждать. Ещё часы.

День догорел. Кое-как повозившись с последними угольками,  вечер озябше укутался в сумерки, юркнул, наконец, в черные меха ночи; сон.

Цып-цып, цыпочка…  кис-кис… маленькая моя, ласковая…

Не-а, ну никак… Да пошла ты!..

Она уходит. Думаю, обиделась. Гляжу вослед; может, жалею и, может, - о многом, а может,самого себя.

Ей лет 25, стройная, длинноногая, аккуратное личико, вьющиеся волосы собраны в тугой узел… Мне нравятся губы, руки нравятся, грудь - мало сказать “волнует”, да и попка - в общем, та самая, будь я в нечистом своём возмужании, плёлся б за такой не один квартал, прикипев вкусными фантазиями…

Она - посланница. Была такой, вернее. Вечно юный старик Морфей вконец обленился, теперь к нам спускают его шлюшек.  Правда, ни с одной из них до сих пор у меня ничего не получилось. Прямо смешно: ночной асексуал какой-то :) Боевые подруги и фальшивые девственницы, амазонки и покорные рабыни,  горячие, секси и всё такое, а в итоге - пшик, холостой…

Это значит, завтра  я снова смогу сказать: я вчера опять лёг сегодня. Бессонница.

Бессонница. Она мне милей. Тем, что строже и неприкосновенней. Тем, что ей (хоть и непринято об этом вот так) уже за тридцать. Платьем, а не полоской ткани в три пальца шириной, спокойным макияжем, лицом живой женщины, а не качественным отпечатком мордочки Барби… Мне нравится в ней всё, само ожидание близости с ней - мне нравится.  Наблюдать её улыбку - падать в пропасть. Вскользь коснуться её бедра - сквозь тонкий шелк обжечься. Плоть её исследовать поцелуями - вкушать наркотик, в сравнении с которым  и нектар и амброзия - винные помои, пьянеть от которых только одной нечисти и назначено - божествам и богоподобиям…

Бессонница.

Её ещё ждать. Ещё часы.

Движусь. От окна к окну. Высоко над землёю. Нервно курю. Нервно - потому что передоз никотином развращает мои нервные ткани. Сколько уже часов они распутствуют? Тело утомлено. Мысли и само мышление- тяжелее свинца. И мне не хочется думать. И не хочется  писать дальше. Уродливое совокупляется с прекрасным, и то, что я наблюдаю, меня подавляет. Чужие тамтамы вдребезги разбивают прелесть моих скрипок. Вернувшись с кровавой охоты, мужи входят к чужим жёнам. Любимая ложится со своим мужем. С неба сыплется только лёд. Браво, браво, мой нежный!..

Я осторожно исследую кончиками пальцев тот вакуум, в котором меня остаётся всё меньше. Каждое мгновение мы теряем  себя. Отмирают клетки, в пространство уходят слова, на случайных предметах остаются, чтоб вскоре исчезнуть, прикосновения… Нас покидают родные нам люди, нашими чувствами по-осеннему желтеют недавно цветущие сады… выцветает, выцветает та часть Мира, которой однажды мы владели безусловно…

Сколько меня уже не со мной?

Немилосердно бьётся в висках память, я движусь неровно и неуверенно, будто не в своём доме и пьян; я страшно не вижу ничего вокруг, но вглядываюсь в предстоящий вдребезги  разбитый кем-то мой сон. Возможно, когда-нибудь я смогу склеить осколки.

Верую в волшебство! Я верую в волшебство! Как мальчик в сладчайший первый поцелуй, за ним -  близость, всё равно как далеко ещё она. Верую, что когда-нибудь (жизнь это будет или предсмертный бред) в одно мгновение я соберу себя всего. Всё, что однажды было мной… Всех, из кого состоит моё Я - то настоящее, ныне преданное памяти, но так недавно ещё струящееся живой силой!..

Нет, я уже пишу. Клавиатура перевёрнута, разлит кофе - тёмное ароматное пятно расплывается, и я хотел бы его остановить! Я хотел бы его остановить!!

Бессонница.

Её ещё ждать. Ещё часы.

07.08.2009; 02:57


Опубликовано: 08.08.09 в 15:47 в Я в кубе (Дневник эгоиста)
До этого написано: Pink, It’s All Your Fault
После этого написано: Где мы - лишь поэты…